21:57 

[Команда "А"] В один определённый момент

+Nea+
В шабашах и демонстрациях не участвую, оргии предпочитаю режиссировать (с)
Название: В один определённый момент
Автор: +Nea+
Пейринг/Персонажи: Асада Джунья, Коджа Наиру
Рейтинг: PG
Жанр: AU
Категория: преслэш
Предупреждения: ООС, нет сюжета, нет смысла, нет ничего, и с названием тоже всё плохо
Размер: мини (2 878 слов)
Саммари: О некоторых вещах можно было безо всякого смущения говорить только в такое время.

Джунья любил ночные смены. Да, наутро было не совсем комфортно, голова наливалась тяжёлой, вязкой усталостью, а глаза норовили слипнуться так же, как и мысли, но всё же у подобного времяпровождения была своя прелесть. Может быть, не такая уж и оригинальная, но была.

Во-первых, ночью тихо. Никакой суеты, так присущей дневным сменам. Никаких взмыленных, растрёпанных и пребывающих всегда в раздражённом состоянии духа рабочих, снующих по коридорам туда-сюда по делу и без. Никаких столь же недовольных мастеров, с лёгкостью находящих, к чему бы придраться, а потом и обругать нерадивого с их точки зрения работника. Во-вторых, на ночь все машины переводили на автоматику, и обязанности дежурных заключались лишь в том, чтобы за этой автоматикой проследить. Проверить, всё ли работает, и запустить диагностику в случае каких-то неполадок.

На памяти Джуньи, за те два года, которые он работал тут, никаких неполадок не случалось. А приятный бонус в виде дополнительной платы за ночную работу только лишь добавлял любви к именно таким сменам.

К тому же, из-за его учёбы в университете он не мог позволить себе слишком часто выходить на работу днём. Родные и знакомые вообще не понимали, почему Джунья, с его сугубо гуманитарными наклонностями, вообще пожелал устроиться работать на завод. В средствах он, в общем-то, не слишком нуждался — родители помогали, да и всегда можно было найти какой-то другой, более подходящий для будущего филолога заработок.

На самом деле, Джунья уже и сам не помнил, почему пришёл именно сюда. Может быть, потому, что всегда хотел научиться что-то делать своими руками, а не только головой. А может быть, просто надеялся, что вряд ли кто-то из коллег по такой работе ходит в выходные в тот самый клуб, где он обычно проводит время.

Потому, что у Джуньи есть и другая жизнь, та, о которой, к счастью, не знают ни родители, ни однокурсники, ни даже большинство друзей.

Каждую субботу Джунья доставал из шкафа платье и коробку с туфлями-лодочками на небольших каблучках. Каждую субботу он красил губы и ресницы, припудривал лицо, поправлял перед зеркалом пряди парика и вызывал такси, чтобы окунуться с головой в мир переливающихся огней цветомузыки, сладковатых дурманящих коктейлей и громкой ритмичной музыки.

Каждую субботу Асада Джунья превращался в «сестрёнку Джунко», и ему совсем не хотелось, чтобы кто-то об этом узнал.

Но вообще, ему с бригадой повезло. Все были достаточно молодыми, даже мастер, который в свои двадцать шесть умудрялся выглядеть совершенным ровесником для остальных, в основной своей массе ещё едва переваливших за двадцать. Джунья был единственным студентом, все остальные сразу же пошли работать, едва окончив школу — у Охаши, самого младшего из них, воспоминания об этом остались свежей всего. Но даже так, никто не смотрел на Джунью с завистью и не считал его человеком другого круга, за что он был безмерно благодарен и вполне закономерно считал всех если и не друзьями, то, по крайней мере, надёжными товарищами.

Дежурили обычно по двое, по скользящему графику, и Джунья уже давно успел выделить для себя все плюсы и минусы работы с каждым из бригады. Спокойнее всего было с Охаши — мальчик всё ещё вёл себя подчёркнуто вежливо и не слишком докучал своим присутствием, так что Джунья спокойно мог в его присутствии почитать книжку, сделать конспект для следующего семинара или даже нагло подремать. Суэзава, выглядевший невысоким и хрупким, тоже держался тише воды ниже травы и всегда говорил очень обходительно, но при этом порой становился каким-то суетливым, как маленькое животное. С мастером, которого все звали добродушно-уважительно Мато-саном, было интересней всего — казалось, он мог поддержать любую тему, заразительно улыбаясь и просто-таки светясь изнутри, с таким тёплым и душевным человеком, как он, хотелось обсуждать проблемы, чтобы получить какой-нибудь добрый совет. Имаэ был странным, и приступы бурной активности у него сменялись затяжными периодами непонятного уныния, во время которого он молчал и лишь вздыхал изредка. В самом начале Джунью угораздило проявить участие и спросить, в чём дело, но он быстро понял, что этого делать не стоит, потому что иначе о спокойном времяпровождении можно забыть. Ибо кто бы мог подумать, что Имаэ может так быстро и много говорить.

Полукровка Ричард, зачем-то перебравшийся в Осаку из родного Киото, был ещё более странным, но очень забавным и каким-то… интересным, что ли. В силу избранной им будущей профессии Джунья с интересом прислушивался к его речи, где киотские словечки затейливо переплетались с изредка проскальзывающими английскими, и порой всерьёз пытался понять, как в этом парне так гармонично уживается Европа и Азия. Но болтливее, чем Ричард в хорошем настроении, был только Фудживара, в любом настроении. Насколько Джунья слышал, Фудживара, или просто Джо, как его все звали, был сыном одного из мастеров, поэтому торчал на заводе с самого детства, и никто не удивился, когда мальчишка захотел здесь работать. Расторопный и быстро схватывающий всё на лету, он в дополнение к этому был ещё и ужасно болтливым, так что наутро голова Джуньи болела куда сильнее, и вдобавок к этому была полна совершенно ненужной информации.

А ещё был Коджа.

Пожалуй, о нём единственном Джунья не мог сложить какого-то конкретного представления, и за прошедшие полгода он не сделал ничего, чтобы облегчить понимание. Казалось, Коджа одновременно походил на всех остальных, но, вместе с тем, отличался от каждого. Такой же болтливый, как Джо, он был не менее сметлив и хорошо находил неординарные выходы из любых, казалось, ситуаций. А ещё почти всегда излучал позитив и старался сгладить любые непонимания между остальными, порой принимая на себя всю силу скопившегося негатива.

Ну и в качестве последнего штриха — порой он смотрел на Джунью с непонятным прищуром, оценивающе, и на его простоватом лице мелькало выражение, как бы говорящее «Я тебя где-то видел, но почему-то никак не могу вспомнить». И это не то чтобы бесило, вовсе нет, Джунье нравилось думать, что он выше подобных эмоций. Это просто слегка раздражало, заставляло ощущать лёгкую нервозность и такой же лёгкий дискомфорт, а уж в ночные смены — и подавно.

Когда у Джуньи было не самое радужное настроение и ему выпадала очередь с Коджа, он просто менялся с кем-нибудь ещё. И тогда раздражение становилось чуточку сильнее, потому что на лице Коджа выступала непонятная, почти детская обида, и смотрел он тоже как ребёнок, одинокий и всеми брошенный. Сначала Джунья думал, что это в любом случае обидно — когда кто-то так настойчиво отвергает твоё общество, но со временем он понял, что это не так. Что с таким непонятным рвением Коджа относился лишь к его обществу.

— Он странный, просто не обращай внимания? — пожал плечами и сверкнул своей бесовской улыбочкой Джо, у которого Джунья в конце концов отважился спросить совета, как у самого знающего всё и обо всех. — Подуется и перестанет.

В итоге Джунья именно так и поступал, но всё равно почему-то ему было чуточку совестно. И совсем-совсем чуток любопытно.

Но шли дни и недели, а он так и не подобрался ближе к разгадке тайны под названием Коджа. Тот по-прежнему оставался всё таким же улыбчивым, чуточку шумным, деятельным и совершенно непробиваемым. Джунья быстро начал удивляться, почему такой общительный парень, как Коджа, ни с кем не сошёлся близко. Он охотно разговаривал с каждым, но в итоге оказывалось так, что Джо хихикал по углам с Ричардом или увивался за Мато-саном, тот же Ричард много времени проводил с Суэзавой, Охаши и Имаэ держались вместе и охотно приняли в свою компанию самого Джунью. И только Коджа оставался один, словно большое яркое пятно посреди серых однообразных заводских будней.

Джунья не слишком любил яркое. Наверное, поэтому он не мог вот так просто взять и забить, как он обычно поступал, если не понимал что-то. Или кого-то.

В тот день Джунья чуть не опоздал на смену — задержали в универе, и от остановки до завода пришлось бежать. Он открыл шкафчик, чтобы переодеться, и устало облокотился о дверцу, с тоской уставившись в маленькое зеркало на внутренней стороне. Волосы растрепались и прилипли ко лбу, и Джунья, придирчиво убрал их, кое-как пригладив. И только тогда потянулся за рабочим комбинезоном.

— О, кажется, не я один сегодня опоздал, — как всегда жизнерадостный голос Коджа застал Джунью врасплох, и он невольно дёрнулся, стукнувшись локтем о дверцу шкафчика и едва слышно зашипев от неприятных ощущений. — Эй, осторожнее! Ты в порядке?

Он оказался рядом за какие-то считанные мгновения и смотрел с таким беспокойством, что Джунье захотелось саркастически рассмеяться и сказать, что это всего лишь локоть и ему не пять лет. Но почему-то прямо сейчас не хотелось говорить, вообще ни о чём — видимо, усталость взяла своё — так что Джунья просто кивнул, засовывая «пострадавшую» руку в рукав и застёгивая пуговицы на груди. Коджа постоял рядом с ним ещё несколько мгновений, словно ожидая чего-то, а потом со вздохом удалился к собственному шкафчику. Джунья покосился на него через плечо и почему-то почувствовал лёгкое угрызение совести из-за чужих опущенных плеч и грустной шаркающей походки. Но всё же какое-то странное ощущение неправильности витало в воздухе, и Джунья, покончив с переодеванием, всё же подошёл к заламинированному листку бумаги, висевшему на стене — расписанию смен. Он точно помнил, что в ближайшие две недели не должен был…

Он быстро отыскал нужную дату и только лишь тяжело вздохнул, увидев напротив своего имени вовсе не «Коджа», а «Охаши». И напомнил себе потом расспросить Мато-сана. с чего вдруг взялся такой казус и почему он узнал об этом последним.

На некоторое время они разошлись — Джунья проверял, выключен ли верхний свет в нижних цехах, тогда как Коджа взял на себя верхние. Проверка эта занимала обычно около двадцати минут, но в этот раз Джунья нарочито оттягивал своё возвращение в дежурку, потому, что не слишком-то хотел оставаться наедине с этим напарником. Но у него с собой была пара сэндвичей и томик весьма любопытного ранобэ, так что Джунья в конце концов решил, что ещё сможет сделать эту ночную смену вполне приемлемой для себя.

Когда он зашёл в дежурку, то увидел, что Коджа склонился над одним из мониторов, рассеянно постукивая пальцами по столу. Сначала Джунья ощутил вспышку тревоги — неужели случились какие-то неполадки? — но когда он только собирался спросить, в чём дело, Коджа заговорил с ним сам.

— Ты сегодня долго всё проверял, Асада-кун, — он повернулся вполоборота и немножко неуместно улыбнулся. — Джо снова не убрал инструменты, а Даичи не выключил лампу у своего аппарата?

Коджа действительно называл всех по имени, точно близких друзей, и никто не обижался на него из-за этого, все воспринимали это нормально, даже если большую часть времени игнорировали его. Только двое выбивались из общей картины: Мато-сан и сам Джунья. Коджа всегда звал его «Асада-кун», то ли из большого уважения, то ли из неловкости, то ли из-за всего сразу. И хоть Джунья никогда вслух не возражал против этого, ему не нравилось подобное… выделение. Тем более, на пустом месте.

— Вовсе нет, — стараясь не смотреть на него, Джунья положил руку на спинку собственного кресла, разворачивая его к себе. — Сегодня все были на удивление аккуратны и исполнительны. А что тебе не понравилось в том мониторе?

— Система зависла, — всё тем же странно радостным тоном отозвался Коджа и сдвинулся в сторону, давая обзор на знакомую алую полоску загружающейся программы. — Но я уже всё исправил, можешь не переживать.

«Да я и не собирался», — хотелось ответить Джунье, но вместо этого он просто кивнул и отвернулся от напарника, чтобы уткнуться в собственный монитор. Ему было необходимо запустить пару стандартных диагностик, и это заняло ещё десять минут унылой тишины, нарушаемой лишь их дыханием, едва слышным писком работающих систем и гудением обогревателя, включенного чуть ли не на полную мощность. Коджа любил тепло — Джунья даже и не помнил, как и когда именно это узнал.

Сэндвич можно было разогреть, но Джунье стало лень идти до крошечной комнаты отдыха в самом дальнем конце коридора, где стояла микроволновка. В кафе рядом с университетским корпусом ужасно вкусно готовили, и тамошняя еда даже в холодном виде была превосходна. Новелла тоже оказалась интересной — в последнее время Джунье нравилось читать про путешествия во времени, и тут главный герой был ему весьма симпатичен, так же как и описание исторической эпохи, которую этот самый герой посетил. Он так зачитался, что не сразу услышал писк звукового сигнала, оповещающего о времени запуска очередной диагностики, и вздрогнул, когда чья-то рука весьма бесцеремонно потрясла его за плечо.

— Прости, но ты не реагировал, и я решил, что ты заснул, — пояснил Коджа таким обыденным тоном, словно подобные вещи между ними двумя были привычны. Возможно, подумал Джунья, откладывая книгу и придвигая к себе клавиатуру, с другими он ведёт себя именно так. Представить заснувших на рабочем месте Джо, Ричарда или Суэзаву почему-то оказалось на удивление легко, и Джунья фыркнул себе под нос, привычным жестом вбивая нужные коды и активируя следующую программу.

На самом деле, он не слишком хорошо запоминал цифры и первое время держал рядом со своим компьютером несколько бумажек-шпаргалок. Некоторые из бригады подшучивали над ним из-за этого, некоторые просто снисходительно улыбались, и только Коджа понимающе кивнул и сказал что-то вроде: «Поначалу я тоже всё записывал, но так часто терял свои шпаргалки, что в итоге оказалось проще запомнить».

Возможно, подумал Джунья, косясь на деловито ёрзающего в своём кресле Коджа, возможно я к нему не совсем справедлив. Может, стоило бы отнестись к нему серьёзней и, кто знает, насколько хорошим другом он мог бы стать. Хотя почему-то в голове Джуньи «Коджа» и «друг» никак не хотело сочетаться, словно две крайности одного и того же явления.

Диагностика вновь показала, что все системы в норме, и можно было вернуться к чтению. Но почему-то теперь Джунья не мог снова погрузиться в него полностью, словно бы в его разуме жужжала и трепетала крыльями назойливая муха, которую никак не удавалось схватить или прихлопнуть. Пролистав пару страниц и полностью утратив нить сюжета, он в конце концов со вздохом захлопнул книгу и положил её на стол перед собой, потянувшись и сразу же почувствовав лёгкую ноющую боль в спине. Эх, полежать бы сейчас…

— Если ты устал, то можешь пойти в комнату отдыха и немного подремать там на диване, — предложил Коджа, словно бы прочитав его мысли, и Джунья вяло удивился этому. — Я подежурю один. Мне-то всё равно не спится.

Выглядел он действительно бодро, и Джунья даже чуток позавидовал этому. Он понятия не имел, что за жизнь вёл Коджа, но почему-то захотелось спросить об этом прямо сейчас.

Здесь, на нижних этажах, ловила только одна радиостанция, где играли только какие-то совершенно попсовые песенки. Коджа, казалось, знал наизусть их все, потому что мог начать подпевать в любой момент и никогда не сбивался ни со слов, ни с ритма. Джунья почему-то вспомнил, что в первые их ночные смены спрашивал об этом и получил в ответ: «Друзья ещё в средней школе прозвали меня Коджапедия. Потому, что я запоминаю множество ненужной информации, стоит мне только раз услышать её. Глупая способность, правда? Но прозвище мне нравится, наверное, потому что оно уникальное. Только для меня».

Правда, тогда Коджа спросил его в ответ, вспомнилось Джунье потом. Тогда он не ответил, пожал плечами, проигнорировал, но сейчас… наверное, он слишком устал за день, наверное, давно не виделся ни с кем из старых друзей, наверное, просто приступ дурацкой хандры, которая всегда подступала внезапно и исподтишка, но почему-то эти слова, произнесённые раздражающе бодрым тоном, сейчас заставили задуматься.

«А ты, Асада-кун? Есть что-то, что ты можешь назвать только своим?».

Наверное, ему и правда стоило пойти и отдохнуть, насладиться успокаивающей тишиной и расслаблением. Чтобы в голову перестали лезть тревожащие, беспокойные мысли. Чтобы расхотелось сближаться с Коджа, который, по мнению Джуньи, и правда никак не подходил на роль его друга. Слишком шумный, слишком требующий внимания, слишком…

— Асада-кун, — Джунья успел подняться и невольно вздрогнул от того, как именно это было произнесено. Слишком много серьёзности, слишком много интереса, слишком много чего-то ещё. Коджа смотрел на него вполоборота и не улыбался, а в его взгляде была какая-то странная, необъяснимая решимость. — Извини за бестактность, но я давно хотел спросить… Тебе ведь нравятся мужчины, так?

Бестактность? Джунья уцепился пальцами за спинку кресла, чтобы не упасть, потому что внезапно пошатнулся. Это была не просто бестактность, это была неожиданность, слишком сильная, слишком неуместная. Не то, чтобы он стыдился своей ориентации, вовсе нет — стыд остался в прошлом, где-то то ли в средней, то ли в старшей школе, Джунья благодарен своей судьбе за то, что ни разу не сталкивался с по-настоящему негативно настроенными людьми — просто не считал, что должен афишировать это в повседневной жизни. Он не проявлял себя ни словом, ни делом, так как же Коджа это понял?

Джунья не знал, что ответить. Поэтому он просто малодушно сбежал в комнату отдыха, но в итоге так и не смог заснуть, ворочаясь на узком диване. Мысли сами собой возвращались к Коджа, к его тёмному понимающему взгляду, к интересу в его голосе. Насмешки не было. Укора тоже. И почему-то Джунья был уверен в том, что спросили его не из праздного любопытства. Коджа было важно узнать его ответ, но вот только зачем?

Они больше не говорили и наутро разошлись, молча, словно незнакомцы. Казалось, того самого «бестактного» вопроса не было и в помине, казалось, это приснилось Джунье, таки задремавшему на рабочем месте, но всё же… Он сам не знал, почему так привязался к этому, почему хотел получить ответы на свои вопросы и привести в порядок собственные запутавшиеся мысли.

Джунья и сам не понял, как начал больше обращать внимание на Коджа. На то, что его громкий смех очень часто звучит почти застенчиво, словно у домашнего ребёнка, который чувствует себя немного неловко в обществе незнакомых людей. На то, что он действительно относится ко всему, что делает, с необычайной серьёзностью, словно это не мелочи какие-то, а действительно важные вещи. На то, что он достаточно привлекателен — сильный, широкоплечий, с грубоватым, но приятным лицом, которое становится куда симпатичнее, когда озаряется улыбкой. Это странно, на самом деле — наблюдать за человеком со стороны и узнавать его по-новому. Человека, который ещё совсем недавно не представлял совершенно никакого интереса.

Джунья всё ещё многого не понимал. Он всё ещё не нашёл ответа для самого себя, почему он хотел ответить на вопросы Коджа. Он всё ещё не понимал, почему, но когда в следующую ночную смену открывал дверь в дежурку, Джунья точно знал, как поступит.

О некоторых вещах можно было безо всякого смущения говорить только в такое время.

Передаю Йоки прощание

@темы: Тур: 2, Рейтинг: PG-13, Размер: мини, Команда "А", Категория: слэш, Автор: +Nea+, Юнит: Kansai Jr

Комментарии
2016-10-21 в 00:15 

Taiyou no Kame
Мурлыкающая кролепашка, плавающая в компотике в кастрюльке с котиками
Это реально выглядит как большая предыстория к основному сюжету:lol:
Джунко онее-сан не додали потому что хДД

Но Ганги - это вообще хорошо, так что продолжай по ним писать хДД
Найру вышел таким... таинственным отчасти.
Я вообще была уверена после этого:
порой он смотрел на Джунью с непонятным прищуром, оценивающе, и на его простоватом лице мелькало выражение, как бы говорящее «Я тебя где-то видел, но почему-то никак не могу вспомнить».
что Найру Джунью действительно видел в образе сестрёнки, в том самом клубе. Но не знаю, права ли я хД

О некоторых вещах можно было безо всякого смущения говорить только в такое время.
И вот после этого хочется этих самых некоторых вещей хДД

А вообще, описания всей этой команды и их отношений очень порадовали, правда)))) Не знаю, почти канон даже какой-то, уютный, ганговский:-D
В целом, мне вполне понравилось)) Но мало:lol:

2016-10-21 в 08:28 

+Nea+
В шабашах и демонстрациях не участвую, оргии предпочитаю режиссировать (с)
Taiyou no Kame, Это реально выглядит как большая предыстория к основному сюжету
Ну блин:lol:

Джунко онее-сан не додали потому что хДД
Можно я коварно скажу, что и не собиралась?:lol:Упоминание этого мне для другого надо было


Но Ганги - это вообще хорошо, так что продолжай по ним писать хДД
У меня они пока тяжело идут, но я собираюсь по ним писать ещё, да^^

что Найру Джунью действительно видел в образе сестрёнки, в том самом клубе. Но не знаю, права ли я хД
Хм-хммммм... кто знает, кто знает~:eyebrow:
Но я рада, если Ньяру получился загадошным, я так и хотела))

почти канон даже какой-то, уютный, ганговский
Уррр, я старалась, чтобы оно было именно так!

Спасибо за то, что прочитала и откомментила, и прости, что мало:rotate:

2017-01-30 в 14:00 

~Bohemienne~
Цыганка с косой (с) команда на ФБ-2012
Спокойнее всего было с Охаши
знаю, что ты не нарочно, но спасибо, что погладила))) ^__^

Суэзава
я аж зависла, пока не поняла, что тупо непривычно видеть такое написание фамилии хд впрочем, как и "Коджа" вместо "Наиру" хд

из-за чужих опущенных плеч и грустной шаркающей походки
уррр, так и хочется обнять ребенка т__т

Но фик очень классный, вселенная тоже *__* Хотя не понимаю, чего Джунья так невзлюбил Наиру)
Я б почитала продолжение, да)

2017-01-30 в 14:08 

+Nea+
В шабашах и демонстрациях не участвую, оргии предпочитаю режиссировать (с)
~Bohemienne~, знаю, что ты не нарочно, но спасибо, что погладила))) ^__^
Я просто старалась быть максимально ближе к канонным отношениям между ними всеми))

я аж зависла, пока не поняла, что тупо непривычно видеть такое написание фамилии хд впрочем, как и "Коджа" вместо "Наиру" хд
Мне самой непривычно, но что поделать - японцы действительно больше называют друг друга по фамилиям, особенно если не близкие друзья или нет какого-то привычного обращения))

Хотя не понимаю, чего Джунья так невзлюбил Наиру)
Тут не то чтобы невзлюбил, вовсе нет. Просто Джунья его не понимает, и поэтому ему неловко. Плюс Ньяру такой... шумный и забирающий пространство в принципе, поэтому с ним там всем в принципе сложно, кроме разве что Матори, но тот просто... тот ещё котик, который со всеми ладит. Ньяру хороший, и Джунья это прекрасно, в общем-то, понимает, поэтому ему ещё более неловко. За то, что у него нет веской причины для выдерживания дистанции, в общем-то.

Но фик очень классный, вселенная тоже *__*
Уррр, я рада, что тебе понравилось *______*а вот продолжения пока обещать не могу точно, ибо идей для него нет)
Но если вдруг появятся - обязательно напишу)

2017-01-30 в 15:08 

~Bohemienne~
Цыганка с косой (с) команда на ФБ-2012
+Nea+, Плюс Ньяру такой... шумный и забирающий пространство в принципе
по мне, так Джо куда более шумный и невыносимый хД

2017-01-30 в 15:21 

+Nea+
В шабашах и демонстрациях не участвую, оргии предпочитаю режиссировать (с)
~Bohemienne~, по мне, так Джо куда более шумный и невыносимый хД
Я тоже так считаю, но у Джо обаяние сильнее, поэтому ему прощают его шумность, а Ньяру обычно затыкают. Мне вообще вечно обидно из-за этого хД
А ещё Ньяру порой невольно ведёт себя как всезнайка, и это тоже многих бесит хД

2017-01-30 в 15:47 

~Bohemienne~
Цыганка с косой (с) команда на ФБ-2012
+Nea+, А ещё Ньяру порой невольно ведёт себя как всезнайка, и это тоже многих бесит хД
как я его понимаю :lol:

     

Shiritori

главная